Книга Десять жизней и одна книжка. Эрика Бауэрмастер

Писатели создают не так другие миры, как двери. И каждый читатель, открывая их, оказывается в своем измерении. Будто и в том рассказе, которое проявил автор, а как бы и в другом.
Так было с Элис Уэйн. Водном ее жизнь растарошилась на друзки, и из разбитых острых скалок она собрала и себя, и «Тео». А дальше выпустила произведение, потому что же время собирать мысли и время отпускать.
Тогда книга открылась различным героям и оставила свой карб — то четко, то смешно неуклюже. Проводник, затерявшийся среди фальши, возвратил свой голос. Летний дождевец, тонший в вине, сумел доплыть до берега перемен. Секундка интимных сцен наконец поставила главную сцену — собственной простой и чувственной жизни. А одиночку подростка нашла поддержку тех, кто уберег ее тайну.
Так одна книжка изменила десятку доль, перестала их истории, вернула к сути, что чаится глубоко в сердце. В сердце человеческому, что такого же размера, как кулак.